Cohort effect in mortality in Russian regions: economic losses
DOI:
https://doi.org/10.17323/demreview.v12i4.30412Keywords:
Russia’s regions, causes of death, cohort effect, cohorts, economic losses, potential years of life lost (PYLL)Abstract
This article analyzes the regional differentiation of the cohort effect in mortality from six major classes of causes of death in Russia. Based on cause-specific mortality data from 1989 to 2022 from the Russian Fertility and Mortality Database (RusFMD), age–period–cohort (APC) models were constructed for 76 Russian regions. The analysis shows that the strongest cohort effects among men and women born between 1970 and 1985 are observed in mortality from infectious diseases and diseases of the digestive system. Using the APC model results, excess mortality associated with elevated cohort effects for these cohorts was estimated. Economic losses from this excess mortality, measured as foregone benefits using the potential years of life lost (PYLL) methodology, were calculated for the period 2005–2022. Total losses exceeded 500 billion rubles, equivalent to 0.43% of Russia’s GDP in 2022. Infectious diseases, circulatory system diseases, and digestive system diseases account for the largest share of these losses for both sexes, while external causes of death also contribute significantly to excess mortality among men. The most affected regions are industrial areas that experienced severe economic hardship during the 1990s crisis, highlighting the importance of living conditions during formative years as a determinant of adult mortality.
Downloads
References
Астрелин А.М. (2020). Тенденции заболеваемости, распространенности и смертности от ВИЧ-инфекции и туберкулеза в регионах России в XXI веке. Демографическое обозрение, 7(4), 82-107. https://doi.org/10.17323/demreview.v7i4.12045
Беляков Н.А., Виноградова Т.Н., Розенталь В.В., Сизова Н.В., Рассохин В.В., Лисицина З.Н., Пантелеева О.В., Дворак С.И. (2015). Эволюция эпидемии ВИЧ-инфекции в Санкт-Петербурге-снижение заболеваемости, старение и утяжеление болезни. ВИЧ-инфекция и иммуносупрессии, 7(2), 7-17. https://hiv.bmoc-spb.ru/jour/article/view/79/80
Захаров С.В. (1999). Когортный анализ смертности населения России (долгосрочные и краткосрочные эффекты неравенства поколений перед лицом смерти). Проблемы прогнозирования, 2, 114-131. (In Russ.). http://www.demoscope.ru/center/zacharov/zachar_eng.html#1
Зубаревич Н.В. (2001). Поляризация городов России как следствие кризиса 90-х годов. Вестник Евразии, 1, 5-29.
Красильников И.А., Иванова А.Е., Семенова В.Г., Сабгайда Т.П., Евдокушкина Г.Н. (2014). Методические рекомендации по использованию показателя «Потерянные годы потенциальной жизни» для обоснования приоритетных проблем здоровья населения России на федеральном, региональном и муниципальном уровнях. Москва.
Максимов М.А. (2025). Региональные различия смертности в России: когортные эффекты. Вопросы статистики, 32(3), 62-80. https://doi.org/10.34023/2313-6383-2025-32-3-62-80
Максимов М.А. (2025). Связь года рождения со смертностью российских поколений. Вестник Московского университета. Серия 6. Экономика, 60(5), 320–352. https://doi.org/10.55959/MSU0130-0105-6-60-5-14
Покровский В.В., Ладная Н. Н., Покровская А.В. (2017). ВИЧ/СПИД сокращает число россиян и продолжительность их жизни. Демографическое обозрение, 4(1), 65–82. https://doi.org/10.17323/demreview.v4i1.6988
Пустовалов Д.Н. (2015). Российская специфика избыточной смертности в молодых трудоспособных возрастах. Вестник Московского университета. Серия 6. Экономика, 1, 87–107. https://www.econ.msu.ru/sys/raw.php?o=20472&p=attachment
Родионова И.А. (2009). Промышленное производство регионов России: структурные сдвиги. Региональная экономика: теория и практика, 21, 2-11. https://cyberleninka.ru/article/n/promyshlennoe-proizvodstvo-regionov-rossii-strukturnye-sdvigi/viewer
Росстат (2012). Итоги ВПН-2010. Том 8. Продолжительность проживания населения в месте постоянного жительства https://rosstat.gov.ru/free_doc/new_site/perepis2010/croc/perepis_itogi1612.html
Росстат (2023). Итоги ВПН-2020. Том 6. Миграция населения. https://rosstat.gov.ru/vpn/2020/Tom6_Migraciya_naseleniya
Серикбаев Н.С., Искаков Е.С., Мусина Г.А. (2022). Экономические потери при преждевременной смертности в результате несчастных случаев, отравлений и травматизма. Traumatology and Orthopаedics of Kazakhstan, 4-14. https://doi.org/10.52889/1684-9280-2022-4-65-4-14
Смирнова Т.М., Крутько В.Н. (2016). Возрастная, календарная и когортная компоненты мужской смертности в России. Труды Института системного анализа Российской академии наук, 66(2), 94–105. http://www.isa.ru/proceedings/index.php?option=com_content&view=article&id=929
Шабунова А.А., Калашников К.Н. (2008). Экономическая оценка потерь трудового потенциала населения. Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз, 4, 53-61. http://esc.vscc.ac.ru/article/52/full?_lang=ru
Шмаков Д.И. (2003). Оценка экономического ущерба в результате смертности населения от несчастных случаев, отравлений и травм. Научные труды: Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН, 1, 377-385. https://ecfor.ru/publication/otsenka-ekonomicheskogo-ushherba-v-rezultate-smertnosti-naseleniya/
Щербакова Е.М. (2023). Демографические итоги I полугодия 2023 года в России (часть II). Демоскоп Weekly, 1001-1002. http://demoscope.ru/weekly/2023/01001/barom01.php
Aldridge R.W., Nellums L.B., Bartlett S., Barr A. L., Patel P., Burns R., Abubakar I. (2018). Global patterns of mortality in international migrants: a systematic review and meta-analysis. The Lancet, 392(10164), 2553-2566. https://doi.org/10.1016/s0140-6736(18)32781-8
Burnet N.G., Jefferies S.J., Benson R.J., Hunt D.P., Treasure F.P. (2005). Years of life lost (YLL) from cancer is an important measure of population burden—and should be considered when allocating research funds. British journal of cancer, 92(2), 241-245. https://doi.org/10.1038/sj.bjc.6602321
Carstensen B. (2007). Age–period–cohort models for the Lexis diagram. Statistics in Medicine, 26(15), 3018-3045. https://doi.org/10.1002/sim.2764
Dempsey M. (1947). Decline in tuberculosis: the death rate fails to tell the entire story. American review of tuberculosis, 56(2), 157-164. https://doi.org/10.1164/art.1947.56.2.157
Hobcraft J., Menken J., Preston S. (1982). Age, period, and cohort effects in demography: A review. Population Index, 48(1), 4–43. https://doi.org/10.2307/2736356
Ikram U.Z., Mackenbach J.P., Harding S., Rey G., Bhopal R.S., Regidor E., Rosato M., Juel K., Stronks K., Kunst A.E. (2016). All-cause and cause-specific mortality of different migrant populations in Europe. European journal of epidemiology, 31, 655-665. https://doi.org/10.1007/s10654-015-0083-9
Maximov M.A. (2025). Cohort Effect in Mortality from HIV and Tuberculosis in Russia. Population and Economics, 9(4), 115-127. https://doi.org/10.3897/popecon.9.e160028
Pyankova A.I., Fattakhov T.A., Denisenko M.B. (2024). Years of Life Lost due to Premature Mortality in Russia, 1990-2021. Population and Economics, 8(4), 92-122. https://doi.org/10.3897/popecon.8.e112749
Ryder N.B. (1965). The cohort as a concept in the study of social change. American Sociological Review, 30(6), 843-856. http://dx.doi.org/10.2307/2090964
Suzuki E. (2012). Time changes, so do people. Social Science & Medicine, 75(3). https://doi.org/10.1016/j.socscimed.2012.03.036
Timonin S., Danilova I., Andreev E., Shkolnikov V.M. (2017). Recent Mortality Trend Reversal in Russia: Are Regions Following the Same Tempo? Eur J Population, 33, 733–763. https://doi.org/10.1007/s10680-017-9451-3
Wilmoth J. R., Andreev K., Jdanov D., Glei D.A., Boe C., Bubenheim M. (2021). Methods protocol for the human mortality database. University of California, Berkeley, and Max Planck Institute for Demographic Research https://www.mortality.org/File/GetDocument/Public/Docs/MethodsProtocolV6.pdf
